ТОЛКОВАЯ БИБЛИЯ А.П.Лопухина

Назад◦Оглавление◦Вперед

## ГЛАВА 19

##### Пятое сопоставление: переход евреев через Чермное море и гибель в нем египтян.

Девятнадцатая глава содержит новую параллель между израильтянами и египтянами. Первые чудом прошли через Чермное море, как по сухому пути, чтобы продолжать свое славное странствование в пустыне; вторые нашли себе необычайную смерть в том же море.

1-3. В этих стихах указывается причина постигшего египтян последнего наказания, потопления в Чермном море. После выхода евреев из Египта, когда главная вина египтян перед Богом, угнетение Его народа (28:4), перестала существовать, гнев Божий все еще продолжал тяготеть над египтянами: «ибо Он предвидел и будущие их дела». Именно то, что египтяне, освободив евреев, даже сами побуждая их скорее оставить их страну (Исх. 12:33-32), потом раскаются в этом и, как за беглецами, пошлют за ними погоню. Этот «безумный помысл» возник у египтян тогда, когда они «имели в руках печали и рыдали над гробами», - обстоятельство показывавшее, что даже свежее чувство глубокой скорби по умершим первенцам не могло сдерживать корыстных расчетов и злобы египтян.

4. Могло казаться непонятным, каким образом египтяне после всех казней, еще не окончив траур по пораженным первенцам, могли снова начать преследование евреев. В объяснение этого писатель говорит: «Влекла их к тому концу судьба… она навела забвение о случившемся…» Несомненно здесь выражена та же мысль, что и в соответствующем месте книги Исход: «ожесточил Бог сердце фараона…» (Исх. 14:4); только эту мысль об ожесточении Богом сердца египтян, как ближайшей причины возобновления преследования евреев, писатель выражает языком греческой философии: ανάγκη ει̃λκε, «влекла судьба». Как в том, так и в другом способе выражения одинаково допускается мысль о воздействии божества на волю человека при предположении относительной свободы этой воли. Только при этом последнем предположении можно было сказать, что египтяне «были достойны» постигшей их судьбы, можно было возлагать на них ответственность и цель последнего бедствия указывать в том, «дабы они восполнили наказание, не достававшее в их мучениях». Таким образом выражение: «влекла судьба», совершенно чуждое библейскому языку, выражает однако мысль библейскую.

6. Указав в предшествующем стихе, что преследование евреев повело к тому, что «народ Твой совершил славное путешествие» (5 ст.), разумея под этим чудесный переход через Чермное море, писатель останавливает внимание на этом чуде и определяет его сущность.

«…Вся тварь снова свыше преобразовалась в своей природе, повинуясь особым повелениям…» В этих словах писатель дает более строгое понятие о чуде, чем в 16:24. Там он говорил только об изменении степени действия сил природы («устремление» и «утихание» природы), здесь он говорит о преобразовании природы в ее существенных свойствах («тварь… в своей природе»). Это преобразование он ставит в параллель с новым творением («снова свыше преобразовалась») и выражает этим мысль, что непосредственное участие Божественной воли в чуде также необходимо, как и в творческом акте.

7-8. Описание чуда перехода евреев через Чермное море.

9-10. Охваченные чувством радости по переходе через Чермное море евреи сравниваются со скачущими гонцами и пасущимися на воле конями (подоб. сравн. Пс. 113:6). Это чувство радости, кроме только что происшедшего чуда, возбуждалось еще воспоминаниями о событиях в Египте (Исх. 7:26-28; 7:12-14).

11. Ср. 16:2. Упоминание о перепелах писатель сделал только для того, чтобы показать, что чувство радости евреев было прочно. Оно не только возбуждалось настоящим событием и питалось воспоминаниями прошлого, но поддерживалось явлениями помощи Божией и в будущем. Можно допустить, что писатель с намерением усиливает мысль о благополучии евреев, чтобы получить более сильный контраст с египтянами, к наказанию которых он затем переходит.

12. С двенадцатого стиха писатель переходит к египтянам, называя их просто «грешными», которых «постигли наказания не без знамений, бывших силой молний». Слова эти относятся к потоплению египтян в Чермном море и соответствуют Исх. 14:24-25. Подобное же изображение перехода через Чермное море при громе и молнии находим и в других местах Св. Писания: например Пс. 76:18-21.

13-16. Писатель сравнивает отношение египтян к евреям с известным из Библии (Быт. 19 гл.) отношением к чужестранцам жителей города Содома. Сравнение говорит не в пользу египтян и им возвещается грозный суд в будущем.

Содомляне отказывали в приеме странникам, которых они совершенно не знали; египтяне большую обнаруживали ненависть к чужеземцам: они порабощали пришельцев, которые уже были известны им за людей благодетельных (т. е. евреев).

Первые обнаружили просто враждебность, а вторые еще и коварство: приняв евреев с радостью и дав им права, они потом стали угнетать их работами. Поэтому египтяне были наказаны подобно содомлянам: «они поражены были слепотою, как те некогда при дверях праведника» (т. е. Лота см. Быт. 17:13). Под слепотой египтян писатель разумеет или трехдневный мрак (17:2,5), или то, что они точно ослепленные, не видя неминуемой опасности, бросились за евреями по дну моря. Но это не последнее наказание египтян: «еще будет суд на них». Здесь писатель выражает, вероятно, свое мессианское чаяние, что евреи будут судить все народы (Ср. 3:8).

17-21. В этом последнем отделе 19 гл. писатель еще раз возвращается к размышлению о чудесном вмешательстве Божием в ход событий времени освобождения евреев из рабства и заключает книгу прославлением Иеговы, возвеличившего свой народ.

17. Упоминание о чуде в 17 ст. дает повод писателю опять (как и в 6 ст.) выразить свой глубокий метафизический взгляд на существо чуда.

«Чрез тщательное наблюдение бывшего», т. е. происшедших чудес, «можно усмотреть» говорит он, что в чуде «самые стихии изменились, как в арфе звуки изменяют свой характер, всегда оставаясь теми же звуками». Стихиями писатель называет считавшиеся тогда за первичные простые вещества мира или элементы: воду, землю, огонь и воздух. Чудо выражается в том, что изменяются свойства и действия элементов, однако существо их остается одно и тоже. В следующих 18-20 стихах писатель указал примеры такого изменения.

18. Смысл стиха сам по себе ясен. Затруднение представляет только указать, какие события разумел писатель, когда говорил, что «земные животные переменялись в водяные, плавающие в водах выходили на землю». По более вероятному мнению, первая половина стиха относится к евреям, когда они со стадами своего скота переходили по дну Чермного моря и вода стенами стояла с обеих сторон; другая половина – ко второй казни, появлению на суше из вод большого количества жаб. Конечно, строго говоря, ни в одном из указанных случаев не было превращения земных животных в водяных и обратно, но это не доказывает, что писатель не разумел этих событий. В последней части его книги это не единственный пример, когда он жертвует исторической точностью для того, чтобы провести известную идею.

19-20. Ср. 16:17-23.

П. Тычинин.

Назад◦Оглавление◦Вперед