ТОЛКОВАЯ БИБЛИЯ А.П.Лопухина

Назад◦Оглавление◦Вперед

### ГЛАВА XXI.

##### Явление воскресшего Христа на море Тивериадском (1— 14). Чудесный лов рыбы и обед при море (15—23). Предсказание о судьбе Петра и Иоанна (24—25). Второе заключение к Евангелию.

1. После того, т.е. после событий, описанных в XX-й главе. — Опять явился Иисус… Как видно из 14-го ст., это явление было уже третьим в ряду явлений, бывших ученикам. Первое имело место в первый день по воскресении, второе — в восьмой (XX, 19 и 26). — При море Тивериадском — объясн. см. VI, 1.

2. Всего при море было в это время семь учеников Христовых — пять апостолов, которые все названы по именам (впрочем себя и брата своего Иакова Иоанн, по обычаю своему, называет только по отчеству) и двое других, может быть даже не из числа апостолов.

3. Апостолы очевидно принялись за свои прежние занятия, так как еще не получили окончательного уполномочия на проповедание Евангелия. Петр — очевидно вечером — отправляется на море ловить рыбу и к нему присоединяются шестеро других учеников. Как видно из дальнейшего рассказа, все они поместились в одной лодке, имея одну сеть.

4. Проведши целую ночь на море и ничего не поймавши, ученики ранним утром увидали, что кто то стоит на берегу. Это был Иисус, Которого, за дальностью расстояния, ученики не узнали.

5. Господь обратился к ученикам, когда те стали подъезжать к берегу, с вопросом: не имеют ли они чего-нибудь съестного — конечно, имея в виду, что они поймали сколько-нибудь рыбы. Ученики занятые, вероятно собиранием сети, не глядели на спрашивавшего и коротко ответили отрицательно на его вопрос.

6. Господь дает тогда им совет еще раз забросить сеть и именно по правую сторону лодки — тогда они поймают. Полагая, что пред ними стоит человек опытный в рыбной ловле, ученики следуют его совету и захватывают сетью огромное количество рыбы.

7—8. Видя необычайное быстрое исполнение слов незнакомца, Иоанн первый признал в этом незнакомце снова явившегося Господа. При том ему мог придти на память другой подобный случай (Лук. V, 1—11). Но тогда как сам Иоанн остался с другими учениками, чтобы помочь им управиться с таким богатым уловом, Петр, всегда стремительный в своей любви ко Христу, вылезает из лодки, чтобы доплыть поскорее до берега и придти к Иисусу. Так как он ловил рыбу в одной рубашке, то, из уважения к Господу, он надел при этом на себя нечто в роде короткой блузы, какую носили сирийские и финикийские рыбаки (Феофилакт) и крепко подпоясался поясом (нагим же он назван именно потому, что был в одной рубашке или хитоне) — 200 локтей — (о локте см. Матф. VI, 22),

9—11. Евангелист не говорит, чтобы Петр, поспевший к Иисусу, начал с Ним какую-нибудь беседу. Может быть, он сам не посмел обратиться ко Христу с какими-нибудь вопросом и ждал, стоя у воды, когда подойдут другие апостолы. Господь же не начинал с ним беседы. Когда же остальные ученики вышли на берег, то увидели, что на разложенном огне уже поджаривается рыба, а около огня лежит хлеб. Христос однако требует, чтобы они принесли пойманной ими рыбы. Тогда Петр как главный между рыбаками (ср. ст. 3), пошел или точнее, взошел, поднялся на берег по выше (ανέβη) он стоял у самой воды как бы стесняясь приблизиться к месту, где стоял Христос и вытащил сеть, которую привели к самому берегу его сотоварищи. Иоанн заметил, что всех рыб апостолы насчитали в сети 153 — это, очевидно, был улов необыкновенный. Кроме того особенно удивило Иоанна то обстоятельство, что сеть не прорвалась от такой большой тяжести.

12—14. Благоговейный страх не позволял ученикам самим начать беседу со Христом, когда Он пригласил их обедать. Господь при этом ничего не сказал ученикам о цели Своего явления, но те и без особых пояснений должны были понять смысл всего происшедшего. Чудесный улов рыбы предуказывал им на тот успех, какой они будут иметь в деле привлечения ко Христу душ человеческих, если только во всем будут следовать указаниям Христа. Обед, к которому пригласил Христос, обозначал во первых, восстановление тесных дружеских отношений между ними и Христом, а, во вторых, служил ручательством за то, что, в то время когда они будут заняты делом проповеди, Господь позаботится об удовлетворении их земных нужд.

15. Кроме этой общей цели, настоящее явление имело и частную цель восстановление в апостольских правах ап. Петра, который отрекся от Христа. По окончании обеда 1), Господь спрашивает Петра: любит ли он Его больше чем другие? Конечно. Христос спрашивает об этом с тою целью, чтобы напомнить Петру его прежнее заявление о своей любви к Христу (Иоан. XIII, 37). А троекратное повторение того же вопроса должно было напомнить Петру его троекратное отречение от Христа. Очень вероятно, что и костер, около которого он теперь стоял, должен был привести ему на память тот костер, около которого он грелся ночью на дворе первосвященника. Ответ Петра показывает, насколько он смирился: он уже не говорит о своей беззаветной преданности Христу, а только дает утвердительный ответ на вопрос Христа. Мало того, он смиренно заявляет, что его любовь ко Христу не такая, какую Христос желал бы видеть с его стороны. Христос спрашивает его, любит ли он Его любовью, которая основана на убеждении в высоких достоинствах любимого лица, которая есть дело воли человека (такой смысл имеет употребляемый здесь Христом глагол αγαπα̃ν). Петр же в своем ответе говорит только о дружеском сердечном расположении своем ко Христу (в таком смысле употребляется им глагол φιλει̃ν ср. Иоан. XI, 3; 11). Однако Господь принимает это исповедание Петра и поручает ему пасти Своих агнцев. Этим Петру не дается каких либо особых полномочий, которые выделяли бы его из числа прочих апостолов. Нет, он здесь только восстанавливается в своем достоинстве, которое он утратил вместе с своим отречением. Господь и ему, как прочим апостолам, поручает заботы о верующих. Заметить нужно, что верующих Господь называет здесь агнцами или ягнятами, для того чтобы показать, как они нуждаются в уходе за собою со стороны апостолов, а самый уход этот обозначает как кормление, питание (βόσχε αρνια μου).

16. Господь, очевидно несколько времени спустя, снова обращается к Петру с тем же вопросом, опуская только выражение больше нежели они, Он как бы хочет спросить Петра: имеет ли он по крайней мере ту любовь, какую должны иметь ко Христу все ученики Его? (здесь опять употреблен глагол αγαπα̃ν). Но Петр не придал значения истинному смыслу вопроса Христа и дает ответ совершенно в тех же выражениях, как и в первом случае. Господь опять ничего не говорит Петру по поводу некоторой недостаточности его ответа, и теперь поручает ему пасти или точнее управлять Своими овцами т.е. всем стадом Христовым (ср. X, 3—27), без различия возраста и силы животных, составляющих стадо (ποίμαινε τά προβατά μου).

17. Спрашивая Петра в третий раз Господь употребил для обозначения понятия любви тот же глагол, какой только что употреблял Петр (φιλει̃ν). Этим Господь поставил под сомнение и то дружеское расположение, какое имел, по его собственному признанию, Петр. Это очень огорчило Петра, и огорчение его выразилось в том, что он придал другую форму своему ответу. Он опускает частицу утверждения «так» и не говорит уже о своей любви как о деле совершенно ясном, о котором Христос должен знать, а высказывает только уверенность в том, что Христос, как Бог всеведущий, проникает в его сердце и находить там не одни слабости, а в тоже время и искреннюю любовь к Нему. Господь после этого скорбного и смиренного исповедания Петра в третий раз поручает ему заботиться о прокормлении Своих овец дли точнее овечек (βόσκε προβάτια), под которыми Он разумеет наиболее слабых верующих. Петр сам почувствовал насколько тяжело положение слабых характером — не верою, потому что в отречении своем Петр проявил не слабость веры, а именно недостаточную твердость характера — и поэтому ему именно Господь поручает укреплять и утешать тех людей, на которых он сам прежде походил.

18—19. После восстановления Петра в его апостольском достоинстве, Христос предрекает Петру мученическую кончину. Как одряхлевший старец не может уже сам одеваться и ходить по своему желанию, а должен прибегать к помощи других и идти с ними даже туда, куда бы ему и не хотелось идти, так наступит время, когда живой и привыкший действовать по собственному желанию ап. Петр должен будет идти туда, куда его поведут враги его, т.е. на мученическую смерть. Этою смертью Петр прославит Бога, т.е. будет содействовать умножению числа истинных чад Божиих — верующих во Христа. Можно даже полагать, что в изображении связывании Петра и ведения его куда он не хотел бы идти дана картина именно распятия Петра на кресте. Тертуллиан говорит: тогда Петр препоясывается другим, когда привязывается ко кресту (см. Scorp.15). Наконец, напоминая Петру его обещание умереть за Христа (XIII, 37) Христос приглашает Петра следовать за ним, т.е. как видно из контекста речи (ср. ст. 22, 23), приготовиться также пострадать как пострадал Христос.

20—23. Вместе с Петром Господь стал удаляться от места, где происходил обед. Петр, вероятно услышав позади себя чьи то шаги, обернулся назад и увидал шедшего за ним Иоанна. Зная, что Иоанн был особенно любим Господом, он естественно захотел узнать о том какая судьба ждет этого любимейшего ученика Христова. Смерть за Христа он считал отличием для себя и с удивлением спрашивал Христа, уже ли его любимейший ученик не удостоится этого отличия? Петр говорил так очевидно из чувства особого расположения к Иоанну, с которым он был особенно близок, как можно видеть , напр., из того, что в утро воскресения они были вместе и вдвоем поспешили ко гробу Христову. — На вопрос Петра Господь отвечает ему, что ему нечего заботиться об Иоанне: он сам прежде всего должен идти за Христом, а что касается Иоанна, то если бы он остался в живых даже до второго пришествия Христова, то и это не имеет отношения к судьбе ап. Петра — тот должен идти указанным ему путем. — Эти слова Господа об Иоанне, как замечает сам евангелист, подали братиям, т.е. христианам (ср. Фил. I,14), повод говорить, что Иоанн не умрет. Эти предположения объясняются тем, что первые христиане полагали, что пришествие Господне близко и что некоторые из них доживут до этого времени (см. напр. 1-е Сол. IV, 17; Иак. V, 7,8). Особенно же то обстоятельство, что Петр действительно умер тою смертью, какую предрек ему Господь, а Иоанн продолжал свою деятельность и десятка два лет после смерти Петра, должно было еще более укрепить христиан в правильности их предположения. Потому то Иоанн и устанавливает в точности смысл слов, какие сказал в отношении к нему Господь. — Нельзя не заметить здесь, что это прибавление к евангелию ясно показывает что Иоанн был жив в то время, когда явилось это прибавление и что он сам сделал последнее. В самом деле, была ли какая нужда в разъяснении истинного смысла слов Христа, если бы Иоанн уже умер? Тогда достаточно было бы в противовес всяким вымыслам о его судьбе указать на то место, где он был погребен.

24—25. Эти стихи могут быть рассматриваемы во первых как заключение в одной XXI-й главе. В таком случае они преимущественно будут утверждать истинность того, что сказано о судьбе Петра и Иоанна. Во вторых здесь можно видеть заключение ко всему евангелию, и такое мнение представляется более правильным, так как ст. 25-й очевидно имеет в виду не одно небольшое прибавление к евангелию, содержащееся в XXI-й главе, а все евангелие Иоанна. Итак в заключении этом - по счету, втором — сей ученик, т.е. сам Иоанн говорит, что он является свидетелем истинности всего сказанного в евангелии, что он именно сам написал его, а затем к его свидетельству присоединяют и свое те люди, которые окружали Иоанна (знаем…), т.е. вероятно, некоторые апостолы и другие очевидцы описанных в евангелии Иоанна событий. Последнее же замечание евангелиста о том, что и весь мир не мог бы вместить в себе книг, в которых бы содержалось все, что известно было апостолам о Христе; нужно конечно понимать как гиперболическое выражение.

Н. Розанов.

1) С греч. точнее: когда они позавтракали (ηρίστησαν).

Назад◦Оглавление◦Вперед