ТОЛКОВАЯ БИБЛИЯ А.П.Лопухина

Назад◦Оглавление◦Вперед

## ГЛАВА XLVII

##### 1-12. Источник из-под храма. 13-23. Границы будущей св. земли.

Фактической основой для пророческой идеи животворного храмового источника у пророка Иезекииля, как ранее Иоиля (III:18), а позднее у Захарии (XIV:8) мог послужить действительный родник в храмовой горе, о котором говорит письмо Аристея (“неиссякаемое скопление воды как бы от многоводного источника естественно текущего”) и Тацит (“постоянный источник воды, горы со впадинами под зeмлeй”. Hist. V, 12. Ср. Robinson, Palast. II, 159-163) и указание на который должно быть находится у Исаии VIII:6. Основой этой идеи могли послужить и священные источники, которые известны были в древности евреям (хотя в меньшем количестве, чем окрестным язычникам, напр., финикиянам и сирийцам): ср. Быт. XIV:7 “источник Мишпат” (т. е. суда), Быт. XVI:14 “источник Живого видящего меня”, 3 Цар. I:9, 33; 2 Цар. V:10 и др. На востоке вообще плодородие страны сильно зависит от обилия вод; ср. значение, которое придается в описании рая его рекам. Между тем Палестина в отношении плодородия оставляла всегда желать много лучшего, и особенно Иудея не могла похвалиться им: недалеко на ю.-в. от Иерусалима начиналась иудейская пустыня, а за ней лежало Мертвое море, в которое изливались воды Кедрона и храмовой горы, а на ней обитал Бог. Если Он на ней будет обитать более существенным и постоянным образом, чем доселе, то это не может не вызвать особого благосостояния страны, ближайшим образом плодородия ее, которое может быть, произведено текущим из храмовой горы ручьем, если бы он соответственно увеличился и направился на бесплодные юг и запад Иудеи. Обитание же Божие во храме явится неизбежным следствием правильности богослужебного культа в нем (богопочитания), к которому, следовательно, в последней инстанции как к своей причине и возводится плодородие страны. Таким образом храмовой источник, превращающий будущую cв. землю в рай, является лишь символом исходящей из правильного богопочитания жизни, спасения (по блаж. Иерониму “означает учение нашего Спасителя”) и служит другим выражением идеи, заключенной в таких местах как Ис. ХXX, 25; ХLIV:3; Иер. II:18; Пс. IXXXVI:7; ХXXVI:10; XLV:5; Ин. IV:10; VII:38; Откр XXII:1. Пророку показаны были сначала поток и направление воды из-под храма (ст. 1-2), затем ее возрастание в поток (3-5), и наконец, ее чудесное действие (7-12).

1. С внешнего двора, где пророк находился с ХLVI:21, он приводится (“мужем” (XL:3) обратно (XLIV:4) к дверям, соб. входу храма, т. е. здания святилища и Святаго Cвятых, к дверям, конечно, в притвор храма (посему LХХ: “к преддверию”) и здесь увидел текущую (соб. “выходящую”) из-под порога храма воду (может быть, выходившую и из Святаго Cвятых) и направлявшуюся на восток, так как и храм был обращен на восток. Вода вытекала не из-под дверей храма, потому что она в таком случае шла бы на жертвенник, а “из под правого бока храма”, т. е. из-под стены z-а на плане 3, (LXX “из-под непокровеннаго, т. е. паперти, храма”), благодаря чему она проходила “по южную сторону жвртвенника”. “Мертвое море, в которое она изливалась, лежало именно на ю.-в. от храма” (Сменд).

2. Чтобы проследить дальнейшее направление храмового потока, пророку нужно было выйти из храма, но прямым путем выйти нельзя было, так как восточные ворота были закрыты (внутренние — большею частью: XLVI:1 ср. XL:1, а внешние всегда: XLIV:2); потому пророк выводится в северные ворота (оба) и, обогнув храм со вне (“внешним путем обвел меня”) приходит пред его восточные внешние ворота; “к внешним воротам, путем, обращенным к востоку” нужно с LXX и Пешито читать: “к воротам внешним (LXX: “двора”), обращенным к (“путем” — евр. дерек означает иногда только направление и = к) востоку. От этих ворот (соб. “входа”; не выражено в рус. и слав. пер.) направо, т. е. под примыкающей к воротам справа стене, пророк увидел опять воду бывшую, очевидно, продолжением виденного им ранее потока. — “Течет” — евр. άπ. λεγ. миппаким, переводимое так по сродным корням («капля»); Вульг. redundantes; LXX: κατεφέρετο — падала, слав. “исхождаше”; срод. с ассир. паку, прорывать.

3. “Когда тот муж пошел на восток”. — “Муж”, ХL:3. Букв. с евр.: “при выходе мужа на восток”; LXX, читая вместо “бе” “в” — ке — “как”, имеют: “якоже исход мужа протву”, связывая это с концом 2 ст.: “и се, вода исхождаше от страны десныя, якоже исход мужа протву”, т. е. должно быть вода текла так ровно, как идет человек в прямом направлении. — “Шнур”, евр. кав, y Иезекииля только здесь, = “льняная веревка” (XL:3) — так как измерения предстояли большие. Измерение потока имеет целью показать, что глубина его увеличивается в строгой постепенности и с полною равномерностью, чем он совершенно не походил на естественные потоки и реки и вполне отвечал как новому храму так и новой св. земле, соразмерности в плане первого и в делении второй. На расстоянии тысячи локтей от храмовой стены поток, едва пробивавшийся из-под стены, доходил уже до лодыжек, евр. “офсаим” — дв. ч. арамеизованного евр. пасим. LXX может быть, видели в выражении таинственный смысл: “и прйде (т. е. ангел, а не пророк; сред. залог вм. причинит. “и повел меня”) водою воду оставления” вместо евр. “вола лодыжек”; но αφέσεως, может быть, транскрипция евр. офсаии, представляющего действительно, неупотребляемую нигде форму.

4. “И повел меня”. LXX опять (см. ст. 3) διη̃λθεν (т. е. ангел, а не пророк), по слав. “и преведе мя”. — “Воды было по колено”, как и слав. “и взде вода до колен” — перифраз краткого, как и в ст. 3, евр. “вода колен” (греч. точнее без “взыде”); но “вода” в евр. не в stata consctr, как ранее и дальше, а в st. abs. маим не мей, может быть, потому что, в первой форме выражение означало бы тоже, что у Ис. XXVI:12 “вода ног” (моча). Из “повел меня” LXX образовали сказуемое к вода “и взыде вода”.

5. Вода таким образом увеличивалась в геометрической прогрессии. — “Я не мог идти”. LXX “не возможе, т. е. ангел, прейти”, как в ст. 3 и 4. — “Вода была так высока”. LXX: “кипяше вода”, волновалась как море, от ширины и глубины реки. — “Что надлежало плыть” букв. “вода плавания”. LXX: “аки шум” (поточный). Розенмюллер сопоставляет место из Зенд-Авесты, (перев. Keukter, t. III, р. 16), что Зороастр во сне проходил воду, достигавшую ему сначала до пят, затем до колен и пояса и наконец до шеи и увидел в этом сне указание на развитие своего учения.

6-7. “Видел…?”, т. е. сверхъестественное возрастание воды в потоке. Вместо измерения дальнейшей глубины потока, которое невозможно, пророку показывается действие его на окрестность, которое есть тоже мера его, заменившая прежнюю недостаточную единицу меры. Но действие это начинается не с 5-й лишь тысячи локтей его длины, а гораздо ранее, почему пророк с ангелом возвращаются назад для обследования берегов потока. — Слав. “во обращении моем” — “когда я пришел назад” нач. ст 7.

8. За невозможностью проследить многоверстное течение реки лично, пророк получает от ангела сведения об этом. — “В восточную сторону земли”. “Сторону”, по-евр. гелилла, округ, Нав. XXII:20 и д. LXX приняли за собственное имя: “в Галилею”; но это слово собственным именем стало гораздо позднее; здесь разумеется восточная часть Иудеи, Иерихонская область. — “Равнину”, евр. арава, соб. степь, что LХХ опять приняли за соб. имя: “ко Арави”: слово, действительно, было собственным именем, но им обозначался не известный полуостров, а “южная часть низменности между заливом Акаба и Мертвым морем, с которым ныне исключительно связано имя Ел — Араба, так равно и нынешний Гор между Мертвым морем и Генисаретским озером” (Buhl, Geographic d. alt. Palastina, 111 и д.): здесь разумеется вторая Арава, — иудейская равнина к западу от Мертвого моря. Вообще это море окружено равниной со всех сторон, почему называлось морем равнины (4 Цар. XIV:25: йам гаарава, рус. “море пустыни”, слав. “море Аравитское”). — “В море”. Настолько ясно, какое, что не требовалось определения. После “войдет в море” — евр. непонятная добавка: “к морю гаммуцаим”, второе слово видимо имеющее своим корнем йаца выходит, может быть, только part Hof (страд. прич.) от этого гпагола, — форма невозможная от сред. глагола, — и притом член необъясним. LXX считали существительным: “к воде исхода”, εκβολη̃ς должно быть к излитию, к устью реки (может быть, Иордана). Вульг. exibunt, т. е. воды, войдя в море, выходили потом из него другой рекой. Слово близко по начертанию к “соленый” (гамуцим) и новейшие толкователи читают его так. “И воды его сделаются здоровыми”. Ныне вода в Мертвом море очень ясна и прозрачна, но сильно солена, горька и вызывает тошноту; взятая на губы, она производит ощущение как бы сильного раствора квасцов. В древности, по-видимому, вода его была гораздо хуже. По Тациту (Hist. V, 6), “вода в этом громадном озере по вкусу хуже морской, вредоносна для жителей самим запахом своим, не волнуется от ветра, не терпит рыб и обычных птиц”. По блаж. Иерониму, “в нем не может жить ничто живое, — это самое горькое море, по-греч. называемое λίμνη ασφάλτου, т. е. озером смолы”. Пророк смотрит на воды этого моря как на больные и ожидает в будущем исцеления их; причем может быть, Мертвое море берется как наиболее больная часть природы.

9. “Пресмыкающееся”, в общем смысле: “движущееся”; так LXX: εκζεόντων, “вреющих” — “кишащее”. Быт. I:20 и др. — “Две струи”, букв. “потоки” в двойст. ч.; неожиданное двойств. число, так как доселе была речь об одном потоке. Объясняют (Маurer) дв. ч. тем, что оно поставлено в смысле единств. ч. для соответствия с ближайшие “маим” — duale tantmu (употребляемым в дв. ч. только), или для выражения могущества, силы реки (Генг. Кейль); или потому, что река разделялась во входе в море (?Клиф.) или вследствие впадения в него подле Кедрова (Геф.) или Иордана (Сurreу). Новейшие читают с LXX просто ед. ч. или сходное по начертание “поток их” (т. е. вод, — невозможное выражение), предполагая, что дв. ч. возникло из сопост. с Зах. XIV:8.

10. Обилие моря рыбой поэтически рисуется в картине целой вереницы на несколько верст рыболовов, стоящих на берегах моря. Ен-Гадди, Ινγαδει̃ν, слав. Ингадд, ныне Ен-Джиди, город на самой середине западного берега Мертвого моря, от которого к южный берег его должно быть был необитаем, — упоминается часто в Библии, начиная с Нав. XV:12; слово значит источник козленка (т. е. должно быть с сладкой, теплой водой). Ег-лайм, точнее с евр. Енглаим, Εναγαλλείμ, слав. Ингалим, более не упоминаемый в Библии, по блаж. Иерониму, “в начале моря, где впадает Иордан”, неизвестно предположение ли это, или Е. существовал тогда; на основании этого свидетельства отожествляют с нын. Ен-Фешка на с.-в. конце Мертвого моря; едва ли можно отожествлять, как делает рус. пер., с моавитским городом Еглаймом (Ис. XV:8) к в. от Мертвого моря; восточную сторону моря пророк, по-видимому, предоставляет “сынам востока” (ст. 18). Слово значит “источник двух телят”. Корнелий Алалиде обращает внимание на то, что козел и телец — животные для жертвы за грехи. — “Будут закидывать сети” — букв. “расо простертие сетей”, = XXV:5, 14, посему LXX “сушило мрежам” Вульг. siccatio sagenarum; но здесь едва ли в таком смысле, а в смысле бросания сетей. — “Рыба будет в своем виде” букв. “в вид ея будет”, т. е. разного рода; LXX: “о себе будет” (сама собою будет плодиться?); слово, вызывающее сомнению отсутствием подстрочного знака (маппика) и неестественностыю выражения: в Пеш. нет. — В большом море — Средиземное. — Блаж. Иероним: “все уловлено апостолами; ничто не осталось неуловленным, так как знатные и незнатные, богатые и бедные, люди всякого рода извлекаются из моря этого века ко спасению”.

11. Куда не достигает действие благодатного потока, там вода не может проявить своей живоносности, но от этого большого вреда не будет; такие места явятся хранилищами столь необходимей соли (и ныне доставляемой в Иерусалим в большом количестве из местности Мертвого моря). Соль — образ пустынности или того немногого, что может полезного дать пустыня: Втор. XXIX:23; Пс. CVII:34; Соф II, LXX: “и во исходе ея”, εν τη̃ διεκβολη̃ αρτου̃, должно быть при устье (см. ст. 8), в лимане реки (αυτου̃ ποταμός или ύδωρ; как видно из последующего ύδωρ), и во обращении (επιστροφη̃) ее — в извилинах бухтах, и в возвышении (υπεράρσει, должно быть на мысах) ее; из евр. цотав, “болото” LXX должно быть сделали два первых слова, а третье = евр. гевавев, рус. “лужи”, — корень “подниматься”.

12. Дерево на берегу реки — принятый в Библии образ праведника Пс. I:3; Иер. XVII:8. По св. Амвросию (в толк. на Откр XXII), плоды означают добрые дела, а целительные листья — слово проповеди. Палестинская сикомора подходит к этому описанию своим неоднократным плодоношением в году и могла предносится здесь уму пророка. Целебные растения, конечно, известны были ранее основания медицины как науки; см. Сир XXXVIII:1-8, по которому “от Вышнего врачевание”; ср. Откр. XXII:2. Врачевание, евр. άπ. λεγ. LXX: εις υγίειαν, «во здравие», но в Откр. εις θεραπείαν; ср. _Быт II:9: Древо жизни; Odys. Vll, 114: сады Алкиноя.

13-23. Определяются границы будущей св. земли и даются общие основания для деления ее. Границы (ст. 13-20) не совпадают вполне; ни с Чис. XXXIV:1-15 и др. указаниями Шестокнижия, ни с действительными границами Еврейского царства какого-либо периода. Главное отличие от тех и других совершенное исключение Заиорданья. Основание для этого — что наиболее священные и древние традиции, история патриархов напр., связаны были только с посюсторонней Палестиной, — а также, что только в границах последней можно было симметрически расположить колена кругом храма, что в данном случае самое важное: и для Моисея, впрочем, хотя границы идеального Ханаана достигают Евфрата, но собственно святой землей является она до Иордана (Чис. ХХXIV:12). Как бы в компенсацию за восточную область, границы будущей св. земли отодвигаются немного далее Моисея к северу и значительно далее к югу. — И принцип разделения между коленами земли (ст. 21-23) отличается от Моисеева, и именно в двух отношениях: 1) участки коленам определяются законом, а не жребием; по жребию деление происходит точно в границах каждого колена; 2) ко владению св. землей на равных правах с евреями допускаются и иноземцы (призвание язычников).

13. “Вот”, слав. “сия”, евр. не зе, этот, а άπ. λεγ. ге, может быть, по ассирийскому ага, этот, или описка. — “Распределение”, евр. неестеств без члена. — “В наследие” — принятое с Моисея обозначение для владения евреев Ханааном (Чис. XXXII:18; ХXXIV:13; Иc. XIV:2), — наследие от отцов или от самого Бога; в Новом Завете то же понятие к Царству небесному (Мф. XX:34 и др.). — “Иосифу два удела”. Об этом упоминается, потому что иначе не составилось бы 12, так как Левий не получает участка. — “Удела”, евр. хавалим, так в 2 Цар. VIII:2 называется веревочная мера; здесь, очевидно, метонимически; но удел у Иезекииля везде хелек; странно и мн. ч., а не дв. LXX, считая Иосеф нарицательным (= “прибавлять”), имеют: “приложение жа” (разделение должно быть самое точное).

14. “Как один, так и другой”. Равные участки и очевидно не только у отдельных семейств, но и колен: наоб. Чис. ХXVI:54; XXXIII:54; ср. Нав. XVII:14, 17. Должно быть, скрытая мысль о численном равенстве колен в будущем; ср. Откр VII:4-8. — “Поднял руку мою”, т. е. клялся (см. объяснение XX:5); глав. обр., может быть, имеется в виду Быт. XV. — “И будет (LXX точнее: “падет” — выпала на долю Израиля при Божественном распределении земли между народами) земля сия наследием вашим”. Самое законное право владения.

15. Границы св. земли определяются с меньшею, подробностью, чем в Чис. XXXIV и не в таком порядке: там с ю. на з., с. и в.; здесь с с. на в., ю. и з.; это потому что там Израиль входит с Египта, здесь из плена, с севера (I:4). Северная граница идет от Средиземного (“великого” — ст. 10) моря, как видно из дальнейшего, под прямым углом у него к Ливану у Ермона. — “Хетлон” (только здесь и XLVIII:1) отожествляют в поcл. время или с тепер. Хейтела в 2 часах к вост. от Ср. моря к Ермону (Xorrer, Zeitschr. der Deutsch. Morgenl. Gesellsch. VIII, 27). или с Адлун к с. от устья Косимье. “Цедад”, упоминаемый и в Чис. XXXIV:8 — прежде (Robinson) отожествляли с Цудуд к в. от дороги из Дамаска в Емессу; но это слишком восточно; посему теперь предлагают читать по LXX и Самарит. пятокн. Серад и отожествляют с Хирбет — Серада вблизи Ермона (Берт. Креч.). LXX вместо слов: “через (евр. гадерек — дорогою) Хетлон по дороге (евр. лево, соб. чтобы придти) в Цедад” имеют: “от моря великаго сходящаго и отделяющаго (περισχηζούσης гадерек ле, может быть, прочитано как йаред — бин) вход (греч. р. и., = евр. до) Имаселдам” (“Емаф” первое слово ст. 16. + “Цедад”, прочитанное как Селдам); т. е. от спускающегося вниз и пограничного входа Имаселдама. Новейшие предпочитают это значение, так как лево, “у входа” часто связывается с городом Емафом и указывает на ложбину между Ливаном и Антиливаном (Ермоном), через которую входили в Келесирию.

16. “Емаф”, евр. Хамат, см. объяснение Чис. XXXIV:8, у подошвы Ермона, ныне Гама, довольно значительный город. У LXX — см. предыдущий стих. Называемые далее города должны составлять линию северной границы далее к в. — “Берот” = Бероф (букв. Беротай) 2 Цар. VIII:8, по этому месту принадлежавший к царству Сувскому и взятый Давидом; должно быть, нынешний Берейтан у запад. подошвы Антиливана. LXX: “Маавфирс” (Хамат + Берот?). — “Сивраим” — только здесь, но созвучно и должно быть, тожественно по местоположению с Цифрон (слав. Зефрон) Чис. ХХXIV:9, может быть = Цаферан между Гамат и Емесой или Цифран к с.-в. от Дамаска. LXX: “Еврамилин”. Севраим + Илиам во втором слове видят название города, выпавшее из мазоретского текста и — Елам 2 Цар. X:16, где Давид одержал большую победу над сирийцами. — “Находящейся (евр. ашер, который, -е) между Дамасскою и Емафскою областями”, определение может относиться и к последнему городу Севраиму (у LXX даже к Илиаму = Еламу) и к ряду всех трех (так, по-видимому, и у LХХ: “среде предел Дамасковых и среде…”), но никак не к след. городу Гацар-Тихону, как в pyс. пер. “Гацар-Тихон”, букв. “Газер — средний”, может быть, в отличие от другого какого-либо Газера; но в XLVIII:1 город этот назван Гацар-Енон и как с.-в. граница не должен отличаться от Гацар-Енона ст. 17; посему в Тихоне видят просто описку — Енон, — что подтверждают и LXX своим чтением: “дворы (= гацер, может быть, кочевья, см. объяснение XXV:4) Савнани”; о Гацар-Еноне в сл. ст. Авран = Αβρανίτις (= LXX) греко-рим. пис. — сев. заиорданская часть Палестины; слово значит “котловинная страна”.

17. Заключается описание северной границы указанием на ее общее протяжение от з. к в. и определяется пограничная с этой стороны иноземная область, чтобы она не причислялась к св. земле. — Гацар-Енон, = XLVIII, и Чис. XXXIV:9 по значению слова “двор источников” или “истоков” (LXX: “от двора Енанова”) и контексту естественно искать у истоков Иордана, следовательно, приблиз. = нынеш. Банъян или соседний Ел-гадр. Это самый восточный край северной границы, тогда как море (Средиземное) западный. Все к северу от этой линии уже языческие пределы — именно Дамасская и Емафская область. Букв. “и будет граница от моря, до Гацар-Енона — граница Дамаска и север к северу (Сменд: “от Дамаска граница описывает дугу к северу”) и граница Емафа и край (ет — меат, член вин. ет при этом слове предлагают читать зот — сей, вот) северный”. LXX: “сии пределы от моря: от двора Енанова (а за погр. чертой от м. и Е. -) пределы Дамасковы, и яже к северу (= и еще более северная страна), и предел Емафов, и предел северск” (и более северные страны).

18. Букв.: “и восточный край от (местности) между (мибен — от между) Хавраном и между Дамаском (с одной стороны) и между Галаадом — и между землей Израилевой (с другой стороны) Иордан от границы (указанной северной; но члена нет) до моря восточного (Мертвого, = Иоил II:20 Зах. ХIV:8) отделите (тамоду) и это край восточный”. Таким образом, восточная граница, начинаясь от восточного края северной границы, шла по Иордану до Мертвого Моря, чем все Заиорданье исключалось из территории св. земли будущего (см. предв. зам.). LХХ: “Иордан делит (составляет границу, гевул) к (до) морю на востоки фиников”, επί τήν — θάλασσαν, την πρός ανατολάς Φοινικω̃νος, (до моря, которое на восток от города Финикона); по блаж. Иерониму LXX читали тамоду как тамарот (финики); если это чтение верное, то здесь указывалось в первоначальном тексте должно быть в качестве южного края восточной границы та самая Тамара, которая в ст. 19 является исходным пунктом южн. границы.

19. “Южный”, евр. негев. — “С полуденной стороны” евр. тимна, вин. п. направления от Феман, название идумейского города, употребляемое в смысле “юг” только в позднейшем библейском языке. LXX считают собственным именем: “и яже к югу и ливу: (λιβα — дуплет) от Фемана”. — “Тамара”, евр. Тамар, упоминаемый только еще XLVIII:28, но созвучный с Федмор (букв. Тамор) 3 Цар. IX:18, должно быть тожественный c Thamaro Птолемея (V, 16, 8) и Θαμαρα Евсевия, по которому (Onomasticon — под Hazazon) находился в 1 дне от Хеврона на пути в Елаф (Втор. II:8; 3 Цар. IX:26) и был во владении римлян. Робинсон (Bibl. Research, t. III, рр. 178, 186 и сл.) указывает на место нынешнего Курнуба, но он слишком на севере. Слово значит пальма, почему LXX передают Φοινίκων (см. 18 ст.), а Таргум — Иерихон, “город пальм” по Втор. ХХXIV:3. — “До вод пререкания”, евр. мей меривот, т. е. Мерива Чис. XXVII:14; Втор. XXXII:51, — только здесь мн. ч. LXX: “до воды Маримоф-Кадим”. Ближайшее определение этой даты: “при Кадисе” (в евр. и греч. без предлога евр. Кадеш, LXX: Кадим), т. е. Кадес — Варни, нын. Аин — Кадис к ю. от Вирсавии в пустыне между Палестиной и Египтом (о ней есть целое исслед. Trumbull H. С. Kadesh Barnea, New York 1884: ср. Guthe в Zeitschr. des Deutsch. Palastina — Vereins VIII, 182). — “Потока” — должно быть “река Египетская” 3 Цар. VIII:65 и мн. др., нын. Вади-ел-Арис, последняя восточная река, впадающая в Средиземное море, текущая от Кадеса, на устьи которой лежала Ρινοκορούρα и которая по св. Епифанию называлась просто Неел = евр. нахал, поток. Генгст. на том основании, что в др. м. эта река не называется одним словом “поток” (без определения “Египетский”), усвоив слову значение “в наследие”. LXX: “продолжающееся” (подразумевается должно быть граница, όρος). — “Это (ет = зот, см. 18 ст.) полуденный край на юге”, евр. тамане негева — к югу, к югу: граница все закругляется к югу (ср. в ст. 17 о севере). LXX: “сия страна юга и лива”.

20. “Западный”, букв. “морской”. — “Великое море” — Средиземное, ст. 10 и 19. — “От южной границы” — евр.. “от границы” — т. е. только что указанной (но слово без члена). — “До места против Емафа”, букв. “до против (того), как идти в Емаф”. — “Против” — нохах — Пешито принимает за собственное имя Nachoch LXX: «Сия страна (μέρος) моря великаго (часть прилегающая к Средиземному морю) разделяет (ορίζει, граничит с:) даже прямо входу Имаф, даже до (έως) входа его (морская граница простирается до геогр. широты Емафа, до морской гавани его): сия суть яже к морю Имаф (= “это Имафско-морская граница”?).

21. “Разделите… по коленам” — не сказано: по жребию, как в след. стихе, где речь о наделении единичных семейств. В противоположность И. Навину, участки коленам назначаются от Бога, а не даются по жребию: XLVIII:1 и д. см. oбъяснение XLV:1

22. У мазоретов стих начинается: “и будет”, не передаваемый LXX. Новейшие видят в этом слове тенденциозную поздн. прибавку к свящ. тексту, чтобы категоричность неприятного евреям повеления в этом стихе заменить гипотетичностью. Иноземцы (gerim). LXX: προσήλυτοι уравниваются в правах с евреями, но только поселившиеся окончательно среди Израиля и имеющие потомство. Отношение к иноземцам всегда у евреев было очень гуманное: Лев. XIX:34 предписывает относиться к ним как к соотечественникам и любить их. Втор. XXIII:3-9 дозволяет и принимать их в общество Господне (должно быть через обрезание) за некотор. исключениями (моавитян и аммонитян) и с некоторыми ограничениями (в третьем поколении). Пророки много сделали, чтобы еще улучшить это отношение: Ис. LVI, Иер. и др. У Иезекииля нельзя не заметить особого попечения о пришельцах; XIV:7; ХХII:7, 29, как и хорошего мнения о язычниках: III:6. Плен мог значительно содействовать сближению и улучшению мнения об язычниках. А здесь пророку явно предносятся язычники, пришедшие с Израилем из плена. Возможно, что имеется в виду и усилить небольшую численность народа: XXXVI:37 и д., XXXVII:1 и д. “Так религия перевешивала национальность” (см.) Антиципация Рим:X:2; Гал III:28; Еф III:6; Кол III:11; Откр IX:10. Замечательно, что обрезание не ставится условием равноправия; последнее дается не в 3-ем поколении как у Моисея, и даже не в 1-м, а только при наличности потомства. — “Войдут в долю”, по-евр. те же слова, что “разделите по жребию в наследие” в нач. ст., но глагол там поставлен в причинительном залоге (гифиль), а здесь в среднем (каль), почему смысл, собственно, получается такой, что иноземцы станут наследием, Израиля (ср. Зах. II:9); здесь видят опять тенденциозную поправку. LXX: “ядят во участии” (читали акал вместо нахал).

23. LXX: “и будут в племени (φυλη̃ — колено) пришелцев, в пришелцех иже с ними”. Как будто мысль (в противоположность мазоретскому тексту), что пришельцы должны составить особое колено во Израиле.

Назад◦Оглавление◦Вперед