ТОЛКОВАЯ БИБЛИЯ А.П.Лопухина

Назад◦Оглавление◦Вперед

## ГЛАВА XXII

##### Грехи Иерусалима.

Об этих грехах, навлекающих теперь гибель на царство Иудейское, пророк уже немало говорил. Главным из них являлось идолослужение, этот исторический грех Израиля (гл. XVI, XX), особенно служение на высотах (гл. VI) и осквернение храма языческими мерзостями (гл. V, VIII). Сюда присоединились вероломство Седекии (гл. XVII) и различного рода обиды и пренебрежительное отношение со стороны оставшихся в Иерусалиме к пленникам (XI:15). Вообще эти оставшиеся по мнению пророка были гораздо хуже его сопленников (XIV:21 и д. XI:16 и д. XVI:21 и д.): насилия и кровопролития у них повлекли совершенное извращение всех существующих отношений (VII:12 и д. VIII:17; IX:9; ХI:6 и д.). Здесь, в заключении первой части книги, пророк еще раз собирает все свои обвинения против оставшихся в город, которые всегда и везде противились воле Божией и осквернили св. землю. Перечень грехов XVIII гл. появляется здесь снова значительно дополненным (ст. 2-16), а вторая часть главы показывает полную испорченность города в его отдельных классах сначала через сравнение его с плавильною печью (ст. 17-22), а затем и прямою речью (ст. 17-31). Время составления главы — пред самым наступлением суда (ст. 14), когда жители провинциальных городов Иудеи уже сбегались пред надвигающимся неприятелем в стены иерусалимской крепости (ст. 19 и д).

2. “Хочешь ли судить”. Почему перестал ты обвинять преступный город? XX:4. “Судить” нет у LXX. — “Город кровей”. Первыми же словами, которые упоминают об Иерусалиме, обозначается его характер: это город кровавый; в этом названии объединены главные грехи Иерусалима, которые состоят в насилии, неправедном суде и идолопоклонстве (XVI:21; XX:26). Нужно иметь в виду, что грехи против крови у Иезекииля относятся к разряду более религиозных, чем этических: XVIII:6; ср. здесь ст. 3, 4, 9-11. — “Выскажи ему все мерзости его” — XVI:2.

3. Почему пролитие крови сопоставляется с идолослужением, см. пред. ст. и XVIII:6. — “У себя”, слав. точнее: “на себе”, на свою голову; Вуль.: contra semetipsum.

4. “Приблизил дни твои”. Грешник, умножая свои грехи, приближает время своей смерти и Божественной кары, сокращает, так сказать, время долготерпения и милосердия Божия. Так и для Иудеи дней старости не может быть; последние дни жизни наступают преждевременно. — “Достиг годины своей” — слав. яснее: “привед время лет твоих”.

5. “Близкие” — может быть аммонитяне, идумеи. — “Далекие”. Позор Иерусалима будет так велик, что слух о нем распространится повсюду. “Осквернившим имя твое” — идолослужением. — “Прославившимся буйством” — невинно пролитой кровью. То и др. у LХХ и Вульгаты разделено на три эпитета и поставлено в звательном падеже: и возопиют на тя (добавка к евр. т.): о нечистый, пресловутый (nobilis) и мног в беззакониих (grandis in interitu).

6. Начинается исчисление грехов Иерусалима (до 13 ст.), которое ведется без определенного порядка и с повторениями (напр. 6 ст. ср. с 9 и 12); но в общем при исчислении Иезекиилю предносилось в уме десятословие. Сначала указаны грехи начальствующих (на основании чего можно бы подумать, что будут разбираться отдельные сословия, но об этом только в 25 и д. ст.), так как они прежде всего виновны в общей испорченности: примеру больших следуют и малые. “Начальствующие” — едва ли цари (ср. Иер. XXII), хотя из прежних царей напр. Иоаким (4 Цар. XXIV:4), Манассия (XXI:16) свящ. историками обвиняются именно в пролитии крови, а так как описывается настоящее состояние Иерусалима, то должно быть разумеется правительство Седекии. — “Каждый по мере сил своих”. Слав.: “кийждо к своим жикам смесишася в тебе, яко да пролиют кровь”: для большого успеха и безнаказанности в кровавых насилиях начальствующие составляли между собою союзы. — “У тебя”. И это все делалось в Иерусалиме. — “Были… чтобы проливать кровь”. Они только и думали о пролитии крови.

7. Что “начальствующие” ст. 6 делают в большом размере, то все низшие сословия позволяют себе в малом, в пределах возможности. Исчисление грехов начинается здесь по-видимому с этических обязанностей, от которых в 8 ст. пророк переходит к религиозным, но в 12 ст. опять возвращается к этическим. Злословие родителей поставлено первым может быть по тяжести этого греха; обида иноземцам — вторым может быть по общераспространенности. Указаны тягчайшие грехи против ближних; в 12 ст. уже менее важные.

8. Из чисто-религиозных пороков указываются сначала общие — неуважение к свящ. местам и временам. Под святынями большею частью разумеется у Иезекииля вместе с храмом все совершаемое в нем. “Не уважаешь” — неточным соблюдением обрядов, напр., принесением незаконных жертв или подмесью суеверий и идольских культов. Субботы — древнейшее обрезания установление и, следовательно, не менее его важное, а между тем вероятно менее соблюдаемое (замечательно, что ни один пророк не обличает за несоблюдение обрезания), на что не раз жалуется Иезекииль (XX:13 и др.)

9. “Клеветники” — на суде, лжесвидетели, которые, следовательно, в погибающей Иудее особенно размножились. Какое-нибудь обвинение, хотя бы и ложное, всегда нужно на суде. — “Чтобы проливать кровь”. Следовательно, смертные приговоры были нередки, указание на что было уже у пророка не раз. Опять сопоставление пролития крови, как главным образом религиозного преступления, с идолослужением, кровосмешением и др. половыми гнусностями (XVIII:10-11). — “На горах едят…” — XVIII:6. — “Гнусность”, именно далее исчисляемые половые гнусности.

10-11. Исчисление половых гнусностей идет сверху вниз и опять вверх. — “Наготу отца открывают”. Как показывают Лев. XXII, Втор. XXVII:20, разумеется сожительство с женою или наложницей отца, встречавшееся у многих арабов древности: Smith D. Alt, Test. 350. Kinship and Marriage 89 и д: у LXX стыдливый перифраз: “стыд отчий открыша”. — “Жену во время очищения…” — XVIII:6. — “Иной”. В слав. слишком сильно: “кийждо”: евр. “иш” здесь = τις. — “Оскверняет сноху свою”. Блаж. Феодорит: “хуже, чем невестку” (как в слав.) Тацит (V, 5) об евреях: “ужасно похотливый народ: от сожительства с чужими отстраняются, а между собою ничто не запрещается”. — “Сестру свою, дочь отца своего” — не сводную, или: приложение для усиления мысли. Конец исчисления мало уступает началу.

12. После осквернения крови речь возвращается опять к пролитию крови (д. б. не в собственном смысле, а в смысле лишения куска хлеба), через продажу правосудия, через проценты большие (“рост” слав. “лхву”) и малые (“лихва” слав. “избыток”; см. XVIII:8, 13) и всякого рода насилие (едва ли под этим последним разумеются такие частности, как тяжкие налоги для покупки союза с Египтом и аммонитянами или обиды переселившимся в Вавилон VII:12; у LXX: “и скончал еси скончание злобы твоея яже в насилии”, т. е. вообще насилия твои дошли до крайних пределов). — “А меня забыл” — звучит здесь трогательно — нежно.

13. “Всплеснул руками” в негодовании: VI:11; ХXI:19, 22. — “О корыстолюбии твоем” LXX не читают.

14. Вопросительная форма для усиления утверждена. Ответ на этот вопрос дан в VII:17; XXI:12. Вопроса о сопротивлении Навуходоносору не могло и быть, потому что в лице его и через него будет действовать сам Бог; он это обещает а уж можно быть уверенным, что он свою угрозу исполнит (сильное: “сказал и сделаю”).

15. “Положу конец мерзостям твоим среди тебя”. Это и есть единственная цель столь сурового суда.

16. “Сделаешь сам себя презренным” — предположительный перевод еврейского выражения, которое буквально следовало бы перевести: “ты осквернишь себя”. LXX, читая “нахал” вместо “халал”: κληρονομήσω εν σοι, “и владети буду тобою”, т. е. ты опять станешь, как некогда, владением и наследием моим.

17-22. Предстоящую осаду Иерусалима, в который сбегутся жители окрестных городов, пророк сравнивает с плавкою в печи неочищенного серебра (“изгарь серебра” — слав. “сребро смешено”), в куске которого гораздо более, чем серебра (в знак чего оно в ст. 18 поставлено на последнем месте и только в 20-м на первом) неблагородных примесей: меди, железа, свинца и олова (слав. для отличия от свинца: “олово чистое”; у LXX: κασσίτεροσ и μόλιβος). Сравнение это, при котором Иезекиилю несомненно предносилось Ис. I:22, а м. б. и Иер. VI:27 (ср. Зах. XIII:9; Мал. III:3), имеет в основании мысль не столько об очищении Израиля, сколько о каре его (хотя несомненно серебро — благочестивые, но ничего не сказано об отделении серебра через плавку, а только о самом плавлении, “так я во гневе Моем в ярости Моей соберу и положу (Вульг.: requiescam) и расплавлю вас”). Замечательно, что для Иезекииля Израиль как бы сводится к Иерусалиму: ст. 19. Когда наступит то, что предсказывает пророк, тогда иудеи узнают, что имели против себя Бога, Которого они считали другом; ст. 22, ср. V:13.

23. В третьей из пророческих речей главы пророк прямо рисует испорченность отдельных классов Иудейского царства, на которые в предшествующей речи указал образно под видом разных примесей к серебру.

24. Своей полной испорченностью всех общественных отношений Иерусалим подобен земле, которая не может давать никакого плода, потому что гнев Божий отказал ей в дожде. Чтобы понять силу этого сравнения, нужно припомнить, что составляет дождь для Палестины: приостановление его превращает страну прямо в пустыню. М. б. в это время Бог действительно начал приводить в исполнение над Иудеей свою неоднократную угрозу, что за нечестие не будет давать ей дождя (Втор. XI:17 и др.). — “Неочищенная” — предположительный перевод темного евр. слова, которое согласнее с контекстом LXX переводят: “неодождимая”.

25. Исчисление разных классов общества с целью обличения их ведется с точки зрения значения их в религиозно-нравственной жизни. Посему сначала разбираются пророки и священники, а затем князья. LXX, а вслед за ними и большинство новейших толкователей, предполагают в этом стихе речь не о пророках, а о князьях (более знатных, чем в ст. 27): невийега LXX очевидно читали несийега. Основания для такого чтения: 1) естественнее было поставить князей на первом месте (мы видели, почему пророков можно было поставить на первом месте); 2) о пророках речь в ст. 28 и 30 (но там речь о них по особым обстоятельствам — см. 28 ст.); 3) рыкающий, жадный к добыче царь зверей, как и в XIX:8, превосходный образ для жадных князей из царствовавшего дома (но тогда 27 ст. повторял бы 25). — “Заговор пророков”. Ложные пророки вступили между собою в соглашение на счет того, чтобы всегда возвещать народу счастливое будущее, и этим восстановляли его против тех, которые предсказывали противоположное. Отсюда можно заключить, что ложные пророки действовали не в одиночку, а составляли корпорацию, ставшую могущественною через свое единство, и весьма заботились о том, чтобы не противоречить между собою в ложных предсказаниях. Но LXX читают евр. “кешер” — “заговор”, как “ашер”, “который”: “его же (т. е. Иерусалима) старейшины”. “Как лев…” Сравнение указывает на обирание пророками адептов. — “Съедают души”. Обирают, или губят невинных, которые им противятся. — “Умножают число вдов”. Становятся благодаря своим речам причиною смерти для многих, напр. возбуждая к войне с халдеями.

26. Обвинения против священников характерны тем, что выражают строгий взгляд пророка на обязанности этого знания. — “Нарушают закон”, который должны сохранять и которому должны обучать; ср. Соф III:4; Ос VIII:1. — “Оскверняют святыни Мои” — ст. 8. — “Не отделяют святаго от несвятаго”, м. б. напр., сожигая в жертву недозволенные части животного, или же допуская к свящ. трапезам после мирной жертвы всех без различия. — “Не указывают различия между чистым и нечистым”. Не предостерегают народ от употребления в пищу нечистых животных; в XLIV:23 это и предыдущее выражения почти синонимичны. — “И от суббот Моих они закрыли глаза свои”. Не заботятся о хранении их в народе, равнодушны к частому нарушению их; ст. 8. — “И Я уничижен у них”, букв. “осквернен”; слав.: “и оскверняху мя посреде себе”. Чрезвычайно сильное выражение вместо обычного: “бесславили имя Божие”. Священники отняли у Бога, в глазах народа, ту святость (имени Его), которая есть главное основание и цель всех действий Божиих в мире.

27. “Как волки”. Ср. Соф III:3. Менее благородное сравнение, чем для пророков в ст. 25: “как лев”. — “Проливают кровь”. О пророках, обвинения против которых так похожи на настоящие, нет такого тяжкого пункта. Разумеются несправедливые смертные приговоры, должны быть участившиеся к тому времени (ср. XI:8), и может быть, вообще лишение средств к жизни (конфискация имуществ, тюрьмы).

28. Виновниками такого поведения князей являются пророки (почему речь и возвращается к ним), которые, как поставленные на страже общественной нравственности, должны бы обличать правительство, грозить ему судом Божиим, а они успокаивают князей (“им”) ложными предсказаниями счастливого будущего. Ср. XIII:6-7, 10-11; Мих. III:11; Соф III:4; Иер. XXIII:31 и д.

29. “В народе”, букв. “народе земли” (слав. “людий земли”), т. е. простом народе, у сельских жителей, и вообще во всем народе, в отличие от высших классов общества. После того, что сказано о руководителях народа (духовых и светских) неудивительно, что простой народ не лучше. — “Угнетают друг друга” Кулаки, мироедство. Слав. несправедливо “народ” ставит в вин. п. и подлежащим считает столь далекое “князья”. — “Грабят и притесняют друг друга…”XVIII:7. — “Пришельца угнетают” ст. 7. Замечательная забота о пришельцах у Иезекииля.

30. “Поставил бы стену”, чтобы загородить пролом в ней: XIII:5. Мог бы отвратить предстательством своим пред Богом гибель от народа, как то сделал Моисей (Исх. XXXII). Справедливо толкователи здесь спрашивают, почему же Иеремию Иезекииль не считал способным сделать это, хотя знал его, что видно из широкого пользования его книгой, и хотя Иеремия не раз и предстательствовал пред Богом за народ (VII:16; XI:14; XV:1). Но молитвенного предстательства в таких случаях мало; нужно что-нибудь сделать для исправления народа, столько, сколько напр., сделал Моисей; а Иеремия с современниками своими в этом отношении не мог сделать ничего или почти ничего, что говорит не против него, а против Иерусалима и Иудеи, нравственное состояние которых и имеет пророк в виду в этом месте (отсюда и следующий стих).

31. Если всякая надежда на улучшение потеряна, то Иегове ничего не остается, как дать волю гневу Своему и обратить на голову нечестивого народа, во главе с его руководителями, их поведение. Объяснение отдельных выражений стиха см. VII:8, 4.

Назад◦Оглавление◦Вперед