ТОЛКОВАЯ БИБЛИЯ А.П.Лопухина

Назад◦Оглавление◦Вперед

## ГЛАВА 27

##### 1–8. Устройство жертвенника всесожжения. 9–19. Двор скинии. 20–21. Приношение елея для светильника.

1. Так как жертвенник из земли (Исх. 20:24–25) не всегда был удобен для жертвоприношений, то законодательство требует устройства более устойчивого жертвенника. Как видно из описания, это был сделанный из досок дерева ситтим (ст. 8) сруб, пустой внутри (ст. 8), не имевший ни дна, ни верхней крышки, в пять локтей длины и ширины и в три локтя вышины. В виду сравнительной высоты жертвенника к нему приходилось «восходить» (Лев. 9:22). И так как удобные для восхождения ступени были запрещены (Исх. 20:26), то можно думать, что с одной его стороны была сделана покатая насыпь.

2. По четырем углам жертвенника из его стен выступали завитки, имевшие форму рогов вола, как главного жертвенного животного, и потому называвшиеся рогами жертвенника. Они не были только прибиты к углам жертвенника в качестве украшения, но составляли с ним одно целое, — были сделаны из того же дерева и обложены не особенными медными листами, но той же обкладкой, которой были покрыты и стенки. Поскольку с рогами жертвенника был связан обряд жертвоприношения, состоявший в кроплении их кровью жертвенного животного, постольку, можно думать, они имели великое священное значение и составляли важную принадлежность жертвенника. Искавшие спасения жизни ухватывались за его рога (3 Цар. 1:50; 2:28); название рогов заменяет название жертвенника (Пс. 117:27), и сокрушение их равносильно уничтожению жертвенника (Иудифь 9:8; Ам. 3:14). Стенки жертвенника были обложены медью как для противодействия постоянно пылавшему на нем огню, так и для сообщения им прочности и вида.

3. Медные горшки, котлы, требовались как для собирания пепла от жертв, так и для варения жертвенного мяса (ср. Лев. 6:28); лопатки — для очищения жертвенника от пепла; чаши — для сцеживания крови жертвенных животных; вилки, вероятно, с тремя зубцами (1 Цар. 2:13), — для поворачивания сжигаемых частей и для вынимания мяса из горшков, в которых оно варилось и, наконец, угольницы.

4-5. Сетка окружала жертвенник со всех сторон: «сделай на четырех углах ее четыре кольца». По точному переводу с еврейского текста, она должна быть положена под «карков жертвенника снизу, так чтобы доходила до половины жертвенника». В виду того, что выражение «карков», кроме данного места, в Библии не встречается, объяснения его отличаются разноречием. Одни экзегеты разумеют под ним скамью, обходившую жертвенник кругом по его средине, которой пользовались священники при совершении жертвенных операций. Но скамья представляла бы запрещенные законом ступени (Исх. 20:26) и увеличивала бы размеры жертвенника. Равным образом неодинаково представляется положение и устройство решетки. Некоторые видят в ней решетку, или решетчатый очаг, на верхней площадке жертвенника, помещают ее то между рогов жертвенника, то с большим или меньшим углублением в ящик жертвенника. Но существование на жертвеннике искусственного очага является лишним, потому что действительным местом сожжения жертв должна служить земля (Исх. 20:24–25). Гораздо вероятнее и правдоподобнее следующее объяснение этих частей жертвенника. Именем «карков» называется в жертвеннике то, что в принадлежностях святилища — алтаре кадильном и столе предложений обозначено словом «zer» — венец. Это был простой карниз или простая полоса, проходившая по верхнему краю стенок жертвенника, сообщавшая им большую крепость и вместе с тем служившая украшением жертвенника, приближавшим его к священным сосудам. В то же самое время этот карниз служил связью для рогов жертвенника, соединял их в одно целое. Непосредственно под данной полосой, или карнизом, по наружной стороне жертвенника и в верхней ее половине проходила сетчатая медная решетка, покрывавшая верхнюю половину стенок жертвенника.

6-7. Были ли сделаны для вкладывания шестов особые кольца, или же это были кольца решетки (ст. 4), текст не говорит. Но если допустить, что кольца решетки находились на нижних боках, углах ее, то существование других представляется излишним. Шесты служили для перенесения жертвенника, который в случае ненастья закрывался во время похода особенным кожаным покровом, «тахаш» (Чис. 4:13–14).

8. Пустая внутренность сруба из досок наполнялась, вероятно, землей или камнями (24:24-25).

9-13. Окружавшая двор скинии ограда состояла из столбов и навешенных на них завес из крученого виссона. На продольных, южной и северной, сторонах завесы имели по сто локтей длины, и на этом протяжении было поставлено по двадцати столбов, так что на каждые пять локтей приходилось по одному столбу. Завесы боковых, поперечных сторон простирались на 50 локтей, а при них 10 столбов, расставленных на том же самом расстоянии. Само собой понятно, что при разделении длины и ширины ограды на пятилоктевые промежутки не должна браться в расчет толщина столбов, потому что в противном случае получилось бы не 100 локтей длины и 50 ширины, но больше, больше настолько, сколько локтей составляла широта столбов, взятых вместе. Пятилоктевое расстояние нужно считать поэтому не между столбами, а между предполагаемыми их внутренними стержнями, или осями. Сама расстановка столбов происходила, очевидно, следующим образом. Если она началась с южной стороны, идущей с востока на запад, то первый столб был поставлен по прохождении первой локтевой стадии; второй — после второго пятилоктевого промежутка и т. д., так что двадцатый столб падал на крайний пункт сотого локтя, или на самый юго-западный угол. Равным образом и первый столб поперечной западной стороны поставлен после пятого локтя, а последний или десятый после пятидесятого, на самом северо-западном углу. Также и первый столб северной продольной стороны был поставлен на пятом локте, а последний на сотом, или на северо-восточном углу. Отсюда, именно с пятого локтя от угла, начата установка столбов восточной стороны, так что последний десятый столб пал на оставшийся доселе незанятым юго-восточный угол, или на исходный пункт общего счета. В составе столбов различается подножие — пьедестал, собственно столб, или ствол, верх, или капитель (38:17). Подножия были сделаны из меди, имели, по словам Иосифа Флавия, шпицеобразную форму, — напоминали те железные чехлы, которые греки надевали на колья, втыкая их в землю. Другие считают их плитообразными. Материал и форма столбов не указаны. Но первый подразумевается, — это указанное для самой скинии дерево ситтим, аравийская акация. Что касается формы, то одни считают столбы четырехугольными, так как эта форма чаще других встречается в описании скинии, другие же в виду того, что столбы называются «amudim», колонны, и имеют капители, выдают их за круглые. Неизвестна равным образом и форма капителей, обложенных серебром (38:17). Была ли она шарообразная, или же напоминала цветочную чашечку, сказать невозможно. Несомненно лишь то, что капители должны были возвышаться над завесой, так как в противном случае их нельзя было видеть, они оказывались лишними. Для утверждения столбов служили связи, пропущенные через серебряные крючки. Под связями разумеются серебряные пруты, проходившие от столба к столбу и, следовательно, обходившие кругом всей линии ограды. Они держали столбы в прямом направлении и препятствовали их падению в плоскости завесы. Падение же столбов в другом направлении, выпадение их из линии ограды предотвращались при помощи цепей, которые спускались от капителей и утверждались в земле, по словам Иосифа Флавия, — медными гвоздями в локоть длины. На соединенные прутами столбы была повешена завеса. При длине в 280 локтей и при высоте в 5 она не могла быть одной цельной полосой, но представляла соединение отдельных частей, как и покровы скинии. Чтобы легкая льняная материя могла сопротивляться ветру, она должна быть прочно прикреплена не только вверху столбов, но и внизу.

14-15. На входной, восточной, стороне двора пространство с каждого бока в пятнадцать локтей было закрыто такими же завесами, как и на остальных сторонах. На этом пространстве было поставлено по три столба, всего шесть.

16. По средине восточной стороны пространство в двадцать локтей было оставлено для входа. Его составляли четыре столба с повешенной на них завесой в двадцать локтей. В отличие от завес ограды («kelah») она носила название masach и была приготовлена из голубой, пурпуровой, червленой ткани и крученого виссона работой «rokem». В переводе LXX данный термин передается выражением «ποικικία του̃ ραφιδεντου̃», в славянском — «пестрение швенное», в латинском — «opus plumarii». Известно, что именем «plumae» — перья назывались дощечки в военных латах, располагавшиеся, как перья птиц или чешуя рыб. Отсюда «plumaria» назывались украшения на одеждах, подобные перьям, дощечкам и цветам, вытканным или вышитым иглой. Талмуд и раввины в объяснение термина «rokem» говорят, что под ним разумеются украшения, нашиваемые иглой по тканному полю и притом имеющие одно лицо, т. е. одинаковые с лица и изнанки. Сообразно с этим под работой «rokem» разумеется такая отделка ткани, в которой белое поле виссона было разделано голубыми, пурпуровыми и ярко-красными нитями в виде лат или квадратов. Своим цветом и работой завеса входа резко выделялась среди белой полотняной ограды скинии. Выделение было еще рельефнее, если она действительно имела те размеры, о которых говорит перевод LXX: вместо 5 локтей высоты имела двадцать. Предназначенная для того, чтобы закрывать вход, завеса не была, конечно, прикреплена внизу и могла, смотря по надобности, подниматься на известную высоту.

17. Поясняется указание ст. 10 в том отношении, что говорится о связях между столбами кругом всей ограды.

18. Для точности повторены измерения всего двора, причем вполне ясно отмечено, что обе продольные стороны должны иметь по сто локтей, короткие по пятидесяти, а высота везде должна быть в пять локтей.

19. Упоминание о кольях скинии и двора дает видеть, что для прикрепления к земле верхних покровов скинии и для укрепления столбов двора требовались колья, а к ним и веревки (Чис. 3:37; 4:26, 32; Исх. 35:18; 39:40).

20-21. О приношении елея для золотого семисвешника: среди описания устройства будущей скинии говорится об елее потому, что он должен составлять такую же необходимую принадлежность святилища как и его вещи. Приносимый всеми евреями, елей должен быть приготовлен из маслин: должен быть «чистый», т. е. без отстоя, без примеси и без сора; должен быть «выбитый», т. е. не выжатый прессом, а стекший из растолченных маслин. Елей горел «во всякое время», — не только днем, но и ночью, как это подтверждается и положительным законом о всегдашнем горении светильника (30:8; Лев. 24:3–4), об утреннем приведении в порядок лампад (Исх. 30:7), а также и тем обстоятельством, что, при отсутствии окон, в святилище нельзя было обходиться без огня и днем. Оправление светильника должно быть совершаемо Аароном и сынами его, т. е. первосвященником и священниками, а не левитами.

Назад◦Оглавление◦Вперед